Творчество друзей

Главная » Статьи » Ирина Заубер

Мое фанданго (3)

11:46 КПЗ (19 лет)

...И крышу срывает,
И ждать невозможно
Кто правил не знает
тому будет сложно
Но всё же - случилось!
попала под лопасть
земля раскрутилась-
и сбросила в пропасть!


И кожу срывает
И локти разбиты
и ветер гуляет
в башке моей бритой
Дыханию - тесно
и сердце бьёт танго
СОПЛИВЫМ НЕ МЕСТО
В ФАНДАНГО, В ФАНДАНГО

Сползаю с утёса-
грызу эти стены
порвались все тросы
полопались вены
но всё же мне весело,
с кровью и матом
и с хрипами -песня
таким же солдатам

Кто память оставил
на многие лета
и кто против правил
дожил до рассвета !
Пусть канул безвестно
кто грезил о рангах
СОПЛИВЫМ - НЕ МЕСТО
В СМЕРТЕЛЬНОМ ФАНДАНГО.

Всё это до сих пор кажется сном.
Меня привозят на КПЗ поздно вечером.
Дежурный записывает в журнал и ведут на досмотр. Мне велят вынуть шнурки из кроссовок и шнурок из брюк от костюма. (вот дураки! если надо - можно на лифчике удавиться).
Но я не буду давиться. Я буду ждать. Ждать и терпеть. -Вывернуть карманы"!
Хорошо, что я в камере одна. Но может вдвоём было бы легче.
Они зовут меня "чёрная вдова" и смеются. Конвойные и менты - мужики, здесь нет ни одной женщины, поэтому они фолуют меня постоянно.
Они фолуют меня на минет- когда приносят еду и когда открывают воду. Всегда.
Что бы умыться я стучу и кричу "коридорный, открой верх!"
Сверху просто дыра- труба, из которой льётся вода. Эту фразу здесь кричали все, кто был на КПЗ и придумана она за десятки лет до того, как я родилась.
Я хочу в туалет - "коридорный, открой низ! " - Он открывает, но его рожа смотрит за мной.
Мне стыдно. Я не могу ссать когда на меня смотрят.
" Закрой" - (хрен с тобой, потерпим...)


На следующий день приходит Мишка.
Началось! Они взяли всю мою одежду на экспертизу. Они будут смотреть манжеты на наличие микрочастиц, они заберут обувь и будут скоблить подошвы.
Всё, как я и думала. Но моей одежды там уже нет.
И прикид тинейджера и остальное сгорело в мусорном костре рядом с Мишкиной дачей.

Мне приносят еду. Я не могу жрать это. Суп (жидкий и пахнущий помоями ,кашу.)Это обед. Утром в 8 - чай без сахара и кусок чёрного хлеба.
Я спасаюсь курением. Я должна удержаться.
Я жду. Скоро придёт мой адвокат - сегодня. Мишка сказал - он друг Ярослава, ( опять он мне помогает!) и очень грамотный. Ждать. Это самое ужасное.
Я не ем обед - его забирают. "Чёрная вдова хавать не желают "- Суки. Что б вам всем передохнуть. Я заправляю майку в штаны. Глядя в дверь. Смотрите на здоровье, если интересно - и я стучу в "тормоза" - коридорный, открой низ!


КПЗ - ( pain to choose ) День "ФОЛ"

Сигареты кончились. Фак.
Я сижу и жду. Приходит конвойный. Он должен отвести меня в комнату для свиданий - для разговора с адвокатом
Выходи" - я выхожу и иду по коридору. Конвойный сзади. Он молодой , крепкий невысокий парень, в противной рожей кота и маленькими глазами.
Он подходит ближе и тихо говорит мне в затылок :
"Вдова, возьми в ротик - я тебе в супчик мясца положу" - Отвянь, придурок!
Я молчу. Внутри "зверёныш " напрягся. Мне надоело. Я слишком часто это слышу.
"Красавица, ну давай, тебе что - жалко? Я тебе сигареток принесу - не строй целку"
- Я резко останавливаюсь. Так резко, что он практически налетает на меня сзади. Я оборачиваюсь и смотрю ему в глаза. Если резко откинуться и ударить головой - попаду прямо в переносицу. Он отскакивает. Реакция хорошая. Я смотрю ему в глаза и говорю чётко и очень тихо : " Я ТЕБЕ ЯЙЦА ВЫРВУ, ГАДЁНЫШ !!! " - И иду дальше
Он теперь молчит.
Комната для свиданий, захожу. Адвокат встаёт при моём появлении.
" Здравствуйте. Меня зовут Евгений Рубинштейн. Можно просто Женя". Коротко и ясно.
Он красив, этот Женя. Пожалуй, даже очень красив. Он никак не вписывается в унылый
антураж комнаты.
Он высокий, худощавый и стройный, темноволосый. Под левым глазом небольшой полукруглый шрам. Хорошо, что у него нет привычки широко улыбаться (фальшиво, конечно) что бы показать своё "участие".
На нём хороший дорогой костюм, когда он садится - я чувствую запах его одеколона.
Я могла бы сказать, что он мне нравится - но мне сейчас не до этого.
Он начинает со мной говорить.
Когда то его отец - Лев Рубинштейн - работал вместе с Ярославом. Так что Евгений знает Мишку с детства.
Мой адвокат молод - ему чуть больше тридцати.
Миша прислал его ко мне, но Женя не знает ничего кроме официальных бумаг дела и того, что он должен помочь другу Ярослава.
Он говорит со мной обо всём. О том, как надо вести себя здесь и во время дачи показаний, о том, как не расслабляться и не говорить лишнего. Через два дня меня повезут в суд, для определения меры пресечения. Я москвичка. Возможно, меня отпустят под подписку? У меня "тяжёлая" статья. Но я должна надеяться.
Он задаёт много вопросов. Ему нужно знать всё. Он спрашивает "твой муж бил тебя?"
Я киваю , он мрачнеет - " плохо. Это очень плохо, это даёт им мотив. Но ничего , не падай духом. Что-нибудь придумаем"- и улыбается. У него красивая улыбка. Он смотрит на меня- я вижу, ему меня жаль. И задаёт вопрос, которого я жду.
"Для того что б тебе помочь, я должен знать ПРАВДУ. Понимаешь? ПРАВДУ! "
Я медленно поднимаю глаза. Тяжёлый момент. Я смотрю в его красивое лицо. Долго смотрю. И говорю медленно и очень тихо - "Я НЕ ДЕЛАЛА ЭТОГО". - и плачу. Я плачу не нарочно, а просто оттого, что наконец то появился хоть кто то, кто делает вид, что ему не всё равно.- он сдерживает вздох облегчения, коротко кивает
Достаёт блок сигарет , отдаёт мне.
" Я буду приносить тебе всё, что нужно. Я приду завтра."- меня уводят. Я иду по коридору и мне гадко.: Прости меня, адвокат!
Для того, что бы убедить суд - они должны тебе поверить, а что бы тебе поверили - ты должен говорить убедительно. А самый убедительный вид имеет человек, который защищает ПРАВДУ- и искренне верит в то, что говорит.
А если ты будешь знать эту самую правду - как ты будешь говорить о моей невиновности? Я не уверена, что ты такой же хороший актёр, как и я. Прости меня. Когда-нибудь я скажу тебе правду, когда-нибудь - но не сейчас.
Его приход успокаивает меня. Меняет моё состояние. Это хорошо. И сигареты - хорошо.
Рубинштейн приходит на следующий день. В понедельник меня повезут в суд. Сегодня на КПЗ - "мёртвый день" Почти всех увезли в "этапный день". Здесь тихо.
Женя говорит мне, как правильно вести себя, если всё таки попаду в СИЗО - зачем?
Моё дело будет вести прокуратура, а не следственный отдел. Я слушаю его, но я надеюсь выйти. Я очень надеюсь выйти отсюда, потому что моя душа вырвана из привычного мира, и всё происходящее вокруг кажется мне просто нелепой декорацией к спектаклю, в который я попала по злой воле.
Меня отпустят. Ведь правда, Женя?. Я так хочу нормально помыться, лечь спать на нормальную кровать.... Я резко обрываю ход мыслей. СТОП!!! Нельзя думать об этом - нельзя сопливиться, я должна держаться. "Сопливым не место в смертельном фанданго..." - слёзы, подступившие было к глазам, заползают обратно

Понедельник - этапный день на КПЗ, но мой срок истекает вечером. После десяти меня забирают и везут в суд. Я в наручниках. Я стараюсь успокоиться и не думать о том, что может произойти дальше.
Меня привозят и сажают в "конвоирку" - рабочее помещение на цокольном этаже. Меня сажают в клетку. Господи, натуральную клетку - как для хищников в зоопарке. Я жду.
По ту сторону стоят конвойные и Женя Рубинштейн - единственный человек, которого я могу сейчас видеть.
Спускается девушка - секретарь - "вас ждут".
Мы поднимаемся - меня сажают в клетку со скамьёй. Снимают наручники.
В зале суда - судья и "кивалы" - народные заседатели, зам прокурора - представитель обвинения, мой адвокат и два конвойных.

Решение суда будет завтра.

Назавтра - та же самая процедура. Я не могу ждать, я нервничаю. У меня пошла кровь из носа. Женя даёт мне салфетку. Суд уходит в совещательную комнату.
Мне нехорошо. Мне кажется, я заболела. Я просто сплю. Сплю с открытыми глазами.
Суд возвращается. Я встаю.
Жду объявления меры
" Московский областной суд..." - быстрее же, как долго они говорят свою предвариловку!
" ... по статье сто второй уголовного кодекса Российской Федерации..."- сердце бухает у самого горла.
" .... и определить мерой пресечения..."- я замираю. ПОЖАЛУЙСТА, БОГ, ПОЖАЛУЙСТА!!!
" - содержание под стражей" -
ЗЕРО!!!!!

Предметы сдвигаются с места и медленно плывут вбок.
Я падаю.
У меня обморок.


Женский изолятор (капотня) – СИЗО

That`s me in the corner
That`s me in the spotlight
losing my religion...

Я опять в КПЗ. Я жду этапного дня. Мой день - пятница. Никто не будет просто так гонять "автозек".
Хорошо, что Женя приходит. После объявления меры пресечения в суде он сказал мне -
ты проиграла сражение, но проигранное сражение - не есть ПРОИГРАННАЯ ВОЙНА!.
Точно. Нельзя, нельзя , нельзя раскисать.
И я не буду. Это не поможет.
В пятницу меня забирают в СИЗО. В автозеке ещё где то десять человек. Я знаю - меня везут в тюрьму, но я держусь. Мне страшно. Конечно, страшно, но разве я могу сейчас пускать сопли ?

Приехали. Нас выводят.
Комната. Она называется "сборка". В сборке собираются все этапы - все кого привезли
после следственных действий - очных ставок, ознакомлений с делом, результатами экспертиз итд. С десяти КПЗ на сборке около ста человек.
Мы ждём досмотра.
Комната. Шесть конвойных. "вещи на стол" - они копаются в моих шмотках на предмет "нычек". Нычек у меня нет - только сигареты. Врассыпку в пакете. На личный осмотр - "раздеться" - я здесь первый раз, но мне уже понятно, что дальше я буду стараться избегать этой процедуры. Как - я подумаю. Я узнаю.
Меня возвращают в сборку. Мы все ждём "режимника" - режимник разводит по камерам, согласно режиму, указанному в твоей карте.
На это ушло много времени. Ужасно много.
Меня ведут в камеру. Я до сих пор не могу поверить, что я всё таки здесь.
Дверь закрывается. Теперь - держаться.

В камере много баб. Я не знаю, сколько точно, но где то 80 наверное. Нары в три этажа.
Я иду к дальним внизу - они свободные. Кидаю рюкзак и ложусь. Сейчас копаться в вещах неохота. Разговоры постепенно затихают. Новенькие всегда вызывают интерес.
Я вынимаю из рюкзака кипятильник. Ставлю на тумбочку кружку с обмотанной ручкой и кладу в неё ложку. Кипятильник - это хорошо.
Я не знаю, что делать дальше - я просто жду.
Мне уже не страшно. Какой смысл бояться если всё равно не можешь выйти?

Ко мне подходит красивая плотная женщина лет тридцати " Как зовут?"
Я отвечаю ей. Достаю сигареты - протягиваю. Её зовут Альфия. Она красивая татарка и говорит так, что я успокаиваюсь. Потом она отходит.

Проходит ещё время, прежде чем ко мне подходит другая баба - у неё плоское лицо , широкая кость. Она невысокая и очень крепкая. Сокамерницы зовут её Мотька.

"Какая у нас красивенькая девулька появилась..." - Всё. Началось. Я знаю, что она будет доёбываться, пока не заварит бучу. Я должна этого избегать.
" ну чо, девулька, откуда мы такие сладенькие? " - сзади за её спиной худенькая девушка с острым носиком и лицом мыши.
Мотька подходит ближе. я сжимаю кипятильник в кармане. Я не знаю, что мне делать. Прошло слишком мало времени - за меня никто рубиться не будет. У меня нет "семьи".

В женской тюрьме живут "семьями". Внутри семьи все делят передачи и поддерживают друг друга. Семью определяет не статья, а социальный статус по воле. Без семьи здесь не выживают. Все глупые фильмы и романы о женской тюрьме и о том, как "один в поле воин" - просто херь.
В женском СИЗО нет законов и авторитетов. Нет понятий. Здесь творится беспредел. Здесь режут, бьют и сажают на ерши - по причине и без, 90 % сидящих в СИЗО - это убийцы - бытовушницы (аффект, опьянение, тяжкие телесные со смертельным исходом итд) остальные десять процентов сидят за грабёж и хулиганку.

У меня нет семьи. Поэтому я сжимаю в кармане кипятильник (если подойдёшь ближе и замахнёшья - я воткну тебе его в промежность, сука!) и прошу у бога, что б эта баба отошла.
Я достаю сигареты. Много. Протягиваю ей (уйди!). Она берёт. Разворачивается, собирается уйти. Я вздыхаю. Я так сжала кипятильник , что с трудом разжимаю руку в кармане.

Вдруг она резко останавливается и идёт назад.
" А чо так мало? Тебе жалко? Для нас жалко? Ты жадная сучка" - Она дёргает меня с нар и рывком за свитер поднимает на ноги. Чёрт, сильная.
Я смотрю ей в глаза - я не жду. Откидываю голову назад и бью лбом ей в нос. Кровь. Сразу и много. Получи, тварь!
" Эта сука мне нос сломала!!!" - и тут же , как по команде, её "семейницы" кидаются на меня.
Человек пятнадцать. Я теряю равновесие и падаю.
Альфия что то кричит и тут же я не вижу, а скорее чувствую, что кто то оттаскивает
от меня "мышь" которая вцепилась в волосы.
Дверь открывается. Забегают конвойные.
Но здесь сразу - тишина. Я поднимаюсь с пола. Мне повезло, за меня кто то "впрягся"
я не знаю кто.

Врач изолятора спрашивает меня , как это случилось. Я отвечаю - упала. Она кивает. Она слышит это почти каждый день. Пока я никого не вложила - у меня есть шанс выжить. Стукачке шанса нет.
У меня только рассечение брови - но крови много. Я "блидер" - человек, у которого из самой ничтожной ранки будет сильно течь.

Меня возвращают в камеру. Я иду по проходу. Тишина , но на меня никто не смотрит -
для них меня уже нет. Я понимаю это.


У Мотьки большая семья.
Мне надо подумать, что делать иначе ночью меня резанут.

Я ложусь на нары. Подходит Альфия. С ней ещё одна девушка - маленькая, некрасивая с интеллигентным лицом (что она здесь делает?). Я достаю сигареты.
"Идём" - я беру вещи. Идём к нарам напротив, ближе к середине. Там свободные (когда я пришла - не было.) На соседних сидит маленькая женщина - выглядит, как мальчишка - подросток, узкоглазая с чёрными блестящими волосами. Просто кивает.
Я вижу - у неё разбита рука. Она вломилась за меня. Такая маленькая!
Я кидаю вещи. Альфия садится на нары - узкоглазая поворачивается ко мне. Начинаем разговаривать.
Семья "щупает" меня.


Мне повезло


ЖЕНСКИЙ ИЗОЛЯТОР (КАПОТНЯ) – СЕМЬЯ


... И только молитвы возносятся к богу
последние битвы стоят у порога
герои убиты - ни боли, ни славы,
о них в детских книгах написаны главы...

Я приезжаю на сборку. Здесь досмотр на "нычки".И личный осмотр (как всегда) На мужской зоне это считается западло, раздеваются только "черти", здесь за пару пачек дорогих сигарет тебя не будут осматривать и возвращают назад - в сборку.
У меня сегодня много сигарет и я пользуюсь ВИПом. За блок сигарет подзываю прикрученную конвойную и она идёт на сборку, берёт карту и, минуя шмон, ведёт прямо в "хату".
Я экономлю не менее пяти часов - так каждый раз - сигарет не напасёшься, но сегодня у меня нет сил торчать здесь.
Мишка приходить не может - он свидетель защиты. Показания матери - не в счёт. На них мало кто обращает внимание. Женя приносит всё, что надо и сигареты - валюту женского СИЗО.

Я сажусь на шконку (нары) и вытряхиваю передачу. Делю поровну - для семьи, в которую меня приняли.
В тот день, когда подошло время еды и я отошла от решки со шлёнкой в руках - семья Альфии сидела за столом (здесь он называется дубок) и Альфия махнула мне рукой - давай к нам! Это официальное объявление о принятии в семью. Теперь я не одна.
Спасибо, Альфия, я никогда не забуду этого.
" Хоша, чифирьнёшь? " . Хоша - это я. Моё погонялово в сизо. Сначала это было "тихоша" и мои семейницы смеялись над тем, что Альфия думала, как я прогнусь перед Мотькой и стану камерным шнырём. И как все обалдели, когда я начала драку.
Наш шнырь - Чуня.
Чуня бомжиха, резанувшая собутыльницу из за водки сама не помнит, как. Чуня стирает бельё, моет шлёнки (миски) , закрывает глазок в тормозах когда мы " гоняем дороги". От окна верёвочная почта в трёх направлениях - у многих сидят подельники.
Но "реснички" окна не дают попасть в камеру солнцу.
Из "первоходок" в камере чифирю только я. Альфия зовёт меня к ней.
Следствие идёт своим чередом - как я и ожидала, они "давят" меня. Они дёргают меня часто часто- Сизо - КПЗ- прокуратура - кпз - этапный день сизо.

"где была - что делала - кто видел - Это ты убила своего мужа?"
- НЕТ.

Смотри на меня - кто тебя видел у дома? кто был в подъезде -это ты убила его ?
-НЕТ!!!
Слушай сюда! Говори! Смотри на меня! Подпиши признание - тебе срежут срок - ведь это ты замочила его?
- НЕТ!!!
Он ведь бил тебя ? Бил? Правильно, я б тоже не стерпел - это ты ?
- НЕТ!

Когда я раздевалась первый раз в тюрьме, помню, как Альфия посмотрела на мои раны на ноге, и тихо, сквозь зубы сказала : "...и правильно сделала! "

Моя семья состоит из шести человек.
Главная - Альфия Хисаметдинова - "ХИСА"
Хисе 35 лет. Она красива грубой и вызывающей татарской красотой, плотного телосложения с широким скуластым лицом.
У Хисы нет детей - поэтому она опекает меня , зато было три мужа. Мужская братия её любит - впрочем, она их - тоже.
Хиса умная и хитрая баба , хотя она шутит " была б умная - не попала бы сюда", у неё вторая ходка.
Она проходит по крупному делу, "зацепившему" более двадцати человек. Особо об этом не говорит, но я знаю, что Хиса сидит за мошенничество с золотом. Я уверена - Хиса "выкарабкается " и получит условно.
Хиса богатая - кроме денег и сигарет у неё есть ещё "поддержка с воли" поэтому она пользуется авторитетом у камеры.

Лена Ким - "ЛЕКА"
- маленькая женщина - кореянка, похожая на подростка(которая влезла за меня). Худенькая и мускулистая, с блестящими чёрными волосами и короткой пацаньей стрижкой.
Отец Леки с детства увлекался восточными единоборствами и всегда хотел, что б родился мальчик, так что когда Лека появилась на свет - выбора у неё практически не было.
Мать её умерла рано и поэтому с детства Лека вела спартанский образ жизни с кроссами, купаниями в проруби и пятичасовыми тренировками.
Лека сидит за тяжкие телесные.
Леку боятся. Она дерётся не так красиво, как в боевиках, но результат тот же - кто то уже валяется на полу, а глаз даже не заметил момента удара.
Говорит Лека мало, и только по необходимости, ест медленно и мало, каждое утро делает зарядку и упражнения, чем вызывает уважительный интерес.

Жанна Кисарова- "КИСА"
Кисе 25 лет, она стройная и высокая, очень красивая, хотя вид портит надменное и холодное выражение лица.
У неё длинные волосы, забранные на макушке в "конский хвост". Киса склонна всё омрачать и видеть чернее, чем есть на самом деле. Подобных Чуне она не считает даже за животных.
Она с цинизмом относится к любви, снисходительно - к мужчинам и равнодушно - ко всем, кроме семьи (хотя это скорее по необходимости)
Киса - дорогая проститутка, сидящая за валютомахинации. У Кисы есть поддержка с воли и деньги.
Ко мне она относится неплохо, иногда рассказывает мне истории из жизни, но не любит, что б слышал ещё кто то.
Я уверена, что Киса, если надо будет - выдерет глаза любому безо всякого сожаления и боязни.

Алёна Родина - "ЛЁЛЬКА_ КОСИЧКА"
Я так и не знаю, почему её так назвали. Никакой косички у неё нет. У Лёльки вторая ходка . Ей 27 . Она темноволосая со стрижкой каре. Появилась чуть раньше меня.
"Косичка" компанейская и весёлая, чифирит со мной и Альфиёй, но я вижу , что на самом деле Косичка хитра и осторожна.
Косичка сидит за торговлю дурью, так что по её делу здесь сидят ещё три её подельницы.
Её "взяли за руку" на крупной продаже, так что она знает, что ей придётся топтать зону- но Лёлька говорит, что сделает всё возможное, что бы растянуть срок "на тюрьме".
В зоне правит беспредел. Ещё хуже, чем здесь. Женская зона - рабочая зона.
Там нет раб и жил зоны, разделённых локалкой, нет БУРа - барака усиленного режима, где сидят "отрицалы", но несмотря на то, что Косичка там уже была - я вижу, она боится.
У Косички шрам от уха вниз - её резанула баба- кобёл, перед самым освобождением.
Я думаю, Лёлька была "ковырялкой" но точно не знаю.
Так что домой Косичка вернулась с памятью о зоне на всю жизнь.

И, наконец, Людка Нестерова.- "КОЛЬЩИЦА"
Кольщица в женской тюрьме - явление редкое, а потому - уважаемое.
У Людки интеллегентное лицо и художественное образование. Она лепит бабам цветы и узоры со змеями и сердцами (я могу только представить, сколько с неё взяли сигарет что бы она пронесла сюда машинку!)

Людка жила на Арбате, малевала картинки для журналов, писала натюрморты и пейзажики в надежде на далёкую собственную выставку. И было ей тридцать три года, когда на неё свалилась беда :
Людка влюбилась.
Сильно, серъёзно, и безоглядно.
Молодой человек был очень красив, моложе её на десять лет.
Не знаю , как там у них всё начиналось, но он стал жить у Людки в её девушке на Арбате и кольщица была абсолютно счастлива, потому что такой красивой любви у неё никогда не было, и при своей серой внешности не особо она на неё и рассчитывала.

Людка оголила всю свою художественную душу, и всё, что есть в сердце отдала своему мужчине, свято веря в то, что он - ЛУЧШИЙ.

Однажды Людка вернулась домой с Афона, где малевала очередной весенний пейзаж и где собиралась остаться ночевать, но вернулась, потому что простудилась, стоя на холодном ветру.
Тихо войдя в дверь, Людка опустила этюдник в прихожей, и прошла в спальню, где и застала своего горячо любимого единственного мужчину, трахающим её младшую сестру...

Людка говорит - она не слышала грома. Она просто оглохла.
Так же тихо она вышла на кухню, взяла большой тесак для мяса и войдя в спальню, зажмурив глаза и плача одновременно тыкала, пока были силы...
Потом с рыданиями, кровью на руках и тесаком в руке, не захлопнув дверь, выбежала на улицу и села под детский грибок на скамеечку, где её и взяли менты.
Но Людкина судьба оказалась к ней ещё более несправедливой - потому что пока она сидела, раскачиваясь и воя под своим грибком, обе её жертвы просто истекли кровью и умерли, лёжа в Людкиной постели.
Поэтому сидеть кольщице придётся долго.

У меня с ней что то вроде дружбы, потому что она - добрая, и я это знаю.
Я - шестая в семье. Наша семья в камере - единственная, где убийц только двое.
" Хоша, чифирьнёшь?" - Давай!
Альфия протягивает мне фаныч с чифирём.
Я делаю большой глоток и думаю.
Господи! Что стало со мной!
В кого я превращаюсь!
Я смотрю в убогие лица Мотьки и её ковырялки - Мыши , и думаю - что я здесь делаю?
Как я сюда попала? И главное - когда всё это кончится?
По ночам я молюсь, я не знаю, слышит ли меня бог, ведь на мне - тяжкий грех, но , бог, скажи мне, почему ты так запаздывал со своим правосудием?
Я меняюсь здесь. Я становлюсь такой, как надо, чтоб выжить.- но внутри меня моя душа плачет.
Это - не мой мир. Но что бы жить здесь - я признаю его и буду жить по его законам. Я буду. Я, чёрт возьми, буду, потому что это единственный выход для меня.
Сердце бухает сильнее- чифир "вшторивает".
Я буду здесь до суда. Потом, если меня осудят ...
Я не хочу думать об этом. Я пью и повторяю : "я выйду... я выйду... точно - выйду."

Сопливым - не место в смертельном фанданго.

Я здесь тоже пользуюсь определённой долей уважения. Не из за Альфии, а скорее, благодаря природным способностям. Я пишу коротенькие эротические рассказики- "сеансы" и с дорогой рассылаю в другие камеры. Меня там знают. За это мне дают сигареты ( я такие не курю, но пригодятся для режимниц и Чуни) чай.
И ещё я - местный Андерсен (так меня тоже иногда зовут)

Отбой - спать!
Ложимся.
" Пусть Хоша даёт "ночную байку!" - голос Мотьки. Хата поддакивает. Альфия машет рукой - " трави!"
И я травлю.
Я рассказываю убийцам сказки на ночь.

Я рассказываю им про Лоэнгрина и Лорелею,про рыцаря Роланда и Короля Артура, про Гамельнского крысолова - укравшего детей , и про Томаса Лермонта - попавшего в царстрво фей за сказочный голос. Про доктора Фауста, вырастившего гомункула в колбе и про Летучий Голландец - корабль- призрак, встреча с которым сулит морякам беду.
И конечно, я рассказываю им о любви. О необыкновенной любви Тристана и Изольды Злотоволосой.
Я говорю в полной абсолютной тишине, и почти сто зечек, открыв рты, слушают мои истории о беспримерном мужестве и вечной любви.

Я замолкаю. Мотька всхлипывает. Кто то вздыхает..
Снаружи начинает барабанить дождь. Капли шлёпаются с "ресничек" двухрешётчатого окна....

СИЗО засыпает.

А я пишу в своём блокноте:

Я буду драться из последних сил
пока душа от боли не порвётся
что б тот, кто в небе - всё таки решил,
что я достойна жить под этим солнцем.

Категория: Ирина Заубер | Добавил: Эдуард_Михайлов (04.05.2011) | Автор: Ирина Заубер
Просмотров: 2067 | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Приветствую Вас Гость